Анна Краевская

Ваша карьера стремительно развивается: победы в конкурсах, грамоты РАН, публикации. Если бы у вас была возможность дать совет себе 5 лет назад, в самом начале пути, что бы вы сказали? От чего бы предостерегли?

Я бы сказала себе, что готовности в полном смысле слова не существует — есть только готовность начать с несовершенного черновика и дорабатывать его по пути. На деле устойчивый результат даёт системная работа в одной выбранной области на протяжении длительного времени.

Вы получили образование не только в юриспруденции, но и в сфере телерадиовещания (Останкино). Как этот навык помогает вам в научной работе и в общении с федеральными СМИ? Может быть, вы чувствуете себя «переводчиком» между сложным миром медицины и обществом?

Юридическое образование формирует точность формулировок, а образование в сфере телерадиовещания формирует другой навык - умение передавать сложное содержание в форме, доступной человеку без специальной подготовки, без потери смысловой точности. В работе с федеральными СМИ эти два навыка применяются одновременно: сохраняется юридическая корректность и при этом обеспечивается ясность изложения.

За вашими плечами 9 научно-практических проектов и более 65 публикаций. Какой из проектов был для вас самым сложным эмоционально и почему?

Наиболее сложным эмоционально был проект, связанный с правовым регулированием генетических данных. Сложность заключалась не в объёме исследовательской работы, а в степени ответственности за формулировки. Норма, определяющая порядок доступа к данным о наследственной предрасположенности к онкологическим заболеваниям, напрямую влияет на то, окажется ли человек защищён от дискриминации страховой компанией или останется без правовой опоры. Это понимание ответственности сопровождает проект на всех этапах его разработки.

Давайте поговорим о вашей разработке — «Генетический паспорт здоровья». Для обывателя это звучит как футуристический фильм. Объясните, пожалуйста, простыми словами: что это за документ и как он может изменить жизнь обычного человека уже сегодня?

Генетический паспорт здоровья - это инструмент, который переводит сложные геномные данные в понятные практические рекомендации. Он не является диагнозом и не определяет неизбежность заболевания. Его функция показать конкретному человеку, какие риски у него присутствуют, какие обследования и с какой периодичностью ему целесообразно проходить, и какие изменения образа жизни снижают вероятность развития конкретного заболевания. Технология может быть интегрирована в существующую систему здравоохранения уже сейчас, без ожидания дополнительных технологических прорывов.

Вы занимаетесь правовым регулированием генетических технологий. С какими главными юридическими и этическими вызовами сталкивается создание такого паспорта? Где проходит грань между безопасностью и вмешательством в частную жизнь?
Основной вызов - определение границы между общественной безопасностью и вторжением в частную жизнь. Генетические данные относятся к наиболее чувствительной категории персональной информации, поэтому ключевые вопросы требуют точного регулирования: кто получает доступ к данным, какой объём информации необходим врачу для принятия решения, исключён ли доступ работодателя, и предусмотрена ли возможность отзыва согласия в любой момент. Отсутствие однозначных ответов на эти вопросы создаёт риск недоверия к технологии в целом.

Ваша разработка победила в конкурсе молодых ученых ИТМО и получила признание РАН. Как вы думаете, почему именно сейчас, в 2026 году, эта тема стала настолько актуальной? Что изменилось в мире и в России?

Актуальность темы определяется совпадением двух процессов. Государства, включая Россию, за последние годы сформировали значительные массивы геномных данных через национальные базы и биобанки, инвестировали в секвенирование и инфраструктуру. При этом сохраняется разрыв между накопленным научным потенциалом и его практическим применением, данные остаются внутри системы и не трансформируются в конкретные рекомендации для пациента. Параллельно изменился запрос общества: профилактика заболеваний рассматривается не как вторичная задача, а как направление, сопоставимое по значимости с лечением.

Вы также являетесь экспертом по защите медицинских и генетических данных. Если «Генетический паспорт здоровья» станет массовым, готово ли, по вашему мнению, наше законодательство и само общество к защите этой сверхчувствительной информации?

На данный момент законодательство находится в процессе развития по отношению к генетическим технологиям. Требуется прямой законодательный запрет на доступ работодателей к генетическим данным, поскольку в его отсутствие риск дискриминации становится практическим, а не теоретическим. Взаимодействие со страховыми компаниями допустимо исключительно в добровольном и прозрачном формате, где решение о предоставлении данных остаётся за гражданином. Необходимы обязательные журналы учёта обращений к данным, независимый аудит и установленная юридическая ответственность за нарушения. Степень готовности общества также требует дальнейшей работы — эту тему следует обсуждать заранее, а не после возникновения прецедентов.

В своей работе вы затрагиваете телемедицину и спортивное право. Есть ли точки пересечения между «Генетическим паспортом здоровья» и спортом высших достижений? Как это может повлиять на честность соревнований?

Пересечение здесь существует и заслуживает отдельного правового внимания. Генетические маркеры способны указывать на предрасположенность к выносливости, скорости восстановления, определённому типу мышечных волокон, что создаёт риск раннего генетического отбора при наборе в спортивные школы или скрытой селекции спортсменов. Правовое регулирование должно заранее предусмотреть барьеры, исключающие превращение генетических данных в форму нечестного преимущества.

Вы — лауреат премии «Колба-2026» в номинации «Инновации». Это довольно необычное название для научной премии. Как вы к этому отнеслись? Считаете ли вы, что науке сегодня не хватает такого рода иронии и легкости для привлечения молодежи?

Такое название соответствует задаче снижения барьера входа в науку для молодого поколения. Молодые исследователи приходят в науку через интерес и ощущение, что заниматься исследованиями может быть увлекательно. Ирония в названии премии не снижает значимость самого исследования, она облегчает восприятие науки как доступной сферы деятельности.

Если бы у вас была возможность повлиять на одного человека, принимающего ключевые государственные решения в сфере здравоохранения, что бы вы ему сказали в первую очередь? Какой закон или норму вы бы попросили принять немедленно?

Я бы предложила незамедлительно принять норму, прямо запрещающую использование генетических данных работодателями при принятии кадровых решений, и жёстко ограничивающую их использование страховыми компаниями исключительно добровольными сценариями. Это требование является фундаментом доверия общества к технологии, без которого даже наиболее полезная разработка не получит массового применения.

Вы молоды и уже добились огромных высот. Что для вас является главным маркером успеха? Награды, должности, индекс Хирша или что-то другое, что нельзя измерить цифрами?

Главным маркером успеха для меня является не индекс Хирша и не количество наград, хотя они остаются формой профессионального признания. Определяющий критерий - реальное изменение в жизни конкретного человека в результате применения разработанного решения. Если спустя десять лет хотя бы один человек подтвердит, что генетический паспорт помог ему своевременно выявить риск и предотвратить заболевание, это будет значить больше, чем любая награда.

Представьте, что мы встретились с вами через 10 лет. Каким вы видите свое главное достижение к тому моменту? О чем бы вы хотели, чтобы написали в прессе: «Анна Краевская — это человек, который...»?

Через десять лет я бы хотела оценивать свою работу не по количеству публикаций или полученных наград, а по тому, скольким реальным людям мои разработки и правовые решения принесли конкретную пользу. Главным достижением я считала бы ситуацию, при которой результаты моей работы стали устойчивой частью системы, работают на регулярной основе и защищены надёжным правовым регулированием, а не остались разовым экспериментальным проектом.
Если говорить о формулировке для прессы, я хотела бы, чтобы написали: «Анна Краевская - это человек, который смогла перевести сложные научные и правовые идеи на язык реальной пользы для людей». Для меня это не просто красивая фраза, а точное описание задачи, которую я ставлю перед собой в каждом проекте: сделать так, чтобы сложная тема перестала пугать и стала понятной и применимой в повседневной жизни.